• Канал RSS
  • Обратная связь
  • Карта сайта

Статистика коллекции

Детальная статистика на
23 Сентября 2017 г.
отображает следующее:

Сказок:

6543+0

Коллекция Сказок

Сказилки

Сказки Индонезийские

Сказки Креольские

Сказки Мансийские

Сказки Нанайские

Сказки Нганасанские

Сказки Нивхские

Сказки Цыганские

Сказки Швейцарские

Сказки Эвенкийские

Сказки Эвенские

Сказки Энецкие

Сказки Эскимосские

Сказки Юкагирские

Сказки Абазинские

Сказки Абхазские

Сказки Аварские

Сказки Австралийские

Сказки Авторские

Сказки Адыгейские

Сказки Азербайджанские

Сказки Айнские

Сказки Албанские

Сказки Александра Сергеевича Пушкина

Сказки Алтайские

Сказки Американские

Сказки Английские

Сказки Ангольские

Сказки Арабские (Тысяча и одна ночь)

Сказки Армянские

Сказки Ассирийские

Сказки Афганские

Сказки Африканские

Сказки Бажова

Сказки Баскские

Сказки Башкирские

Сказки Беломорские

Сказки Белорусские

Сказки Бенгальские

Сказки Бирманские

Сказки Болгарские

Сказки Боснийские

Сказки Бразильские

Сказки братьев Гримм

Сказки Бурятские

Сказки Бушменские

Сказки в Стихах

Сказки Ведические для детей

Сказки Венгерские

Сказки Волшебные

Сказки Восточные о Суде

Сказки Восточные о Судьях

Сказки Вьетнамские

Сказки Г.Х. Андерсена

Сказки Гауфа

Сказки Голландские

Сказки Греческие

Сказки Грузинские

Сказки Датские

Сказки Докучные

Сказки Долганские

Сказки древнего Египта

Сказки Друзей

Сказки Дунганские

Сказки Еврейские

Сказки Египетские

Сказки Ингушские

Сказки Индейские

Сказки индейцев Северной Америки

Сказки Индийские

Сказки Иранские

Сказки Ирландские

Сказки Исландские

Сказки Испанские

Сказки Итальянские

Сказки Кабардинские

Сказки Казахские

Сказки Калмыцкие

Сказки Камбоджийские

Сказки Каракалпакские

Сказки Карачаевские

Сказки Карельские

Сказки Каталонские

Сказки Керекские

Сказки Кетские

Сказки Китайские

Сказки Корейские

Сказки Корякские

Сказки Кубинские

Сказки Кумыкские

Сказки Курдские

Сказки Кхмерские

Сказки Лакские

Сказки Лаосские

Сказки Латышские

Сказки Литовские

Сказки Мавриканские

Сказки Мадагаскарские

Сказки Македонские

Сказки Марийские

Сказки Мексиканские

Сказки Молдавские

Сказки Монгольские

Сказки Мордовские

Сказки Народные

Сказки народов Австралии и Океании

Сказки Немецкие

Сказки Ненецкие

Сказки Непальские

Сказки Нидерландские

Сказки Ногайские

Сказки Норвежские

Сказки о Дураке

Сказки о Животных

Сказки Олега Игорьина

Сказки Орочские

Сказки Осетинские

Сказки Пакистанские

Сказки папуасов Киваи

Сказки Папуасские

Сказки Персидские

Сказки Польские

Сказки Португальские

Сказки Поучительные

Сказки про Барина

Сказки про Животных, Рыб и Птиц

Сказки про Медведя

Сказки про Солдат

Сказки Республики Коми

Сказки Рождественские

Сказки Румынские

Сказки Русские

Сказки Саамские

Сказки Селькупские

Сказки Сербские

Сказки Словацкие

Сказки Словенские

Сказки Суданские

Сказки Таджикские

Сказки Тайские

Сказки Танзанийские

Сказки Татарские

Сказки Тибетские

Сказки Тофаларские

Сказки Тувинские

Сказки Турецкие

Сказки Туркменские

Сказки Удмуртские

Сказки Удэгейские

Сказки Узбекские

Сказки Украинские

Сказки Ульчские

Сказки Филиппинские

Сказки Финские

Сказки Французские

Сказки Хакасские

Сказки Хорватские

Сказки Черкесские

Сказки Черногорские

Сказки Чеченские

Сказки Чешские

Сказки Чувашские

Сказки Чукотские

Сказки Шарля Перро

Сказки Шведские

Сказки Шорские

Сказки Шотландские

Сказки Эганасанские

Сказки Эстонские

Сказки Эфиопские

Сказки Якутские

Сказки Японские

Сказки Японских Островов

Коллекция Сказок
[ Начало раздела | 4 Новых Сказок | 4 Случайных Сказок | 4 Лучших Сказок ]





Сказки Иранские
Сказка № 3553
Дата: 01.01.1970, 05:33
Было это или не было, но говорят, что в давние времена жил один человек по имени Мехзияр. Он был беден и думал только о том, как бы поесть досыта, отложить про черный день хоть пару медных монет и когда-нибудь предстать перед богом. И вот мечты его осуществились.
Однажды в морозную зимнюю ночь сидел он в своей лачуге и вдруг услышал, как в дверь застучала рогами коза, отставшая от стада. Мехзияр впустил козу, приютил ее у себя и стал о ней заботиться.
Спустя два-три месяца коза принесла двух козлят. А на следующий год козлята выросли и тоже принесли по два козленка. Таким путем Мехзияр развел большое стадо коз и стал богатым человеком. Он построил себе хороший дом, вырастил сад. Но сердце у него было недоброе, и он совсем не помогал беднякам и нищим. Он откладывал одну монетку за другой - дирхем за дирхемом, динар за динаром, развел много жирных, откормленных кур и петухов. Время от времени он резал их и ел.
Однажды Мехзияр заметил, что куры и петухи у него куда-то пропадают. Оказалось, что по соседству поселился шакал - гроза домашней птицы. Каждую ночь он пробирался во двор, хватал одну-двух кур, душил их, тащил к себе в нору и там съедал. Мехзияр не знал, кто это делает- шакал был очень ловким вором. Наконец Мехзияр перевел свой курятник в другое место; он запер птиц в хлеве, а во двор выгнал коз и овец.
Ночью шакал увидел, что вместо кур и петухов на дворе стоят козы и овцы. Его было охватила досада, но потом он решил, что с помощью волка сможет вместо кур таскать коз и овец. Но довериться волку было опасно, и шакал начал один следить за домом Мехзияра. Вскоре он узнал, что Мехзияр собирается совершить паломничество в Мекку.
Однажды рано утром шакал вымыл морду и лапы н пришел в дом к Мехзияру. В знак почтения шакал поцеловал землю, сложил на груди лапы и опустился перед хозяином на колени.
- Эй, шакал! Что тебе нужно? Зачем ты пришел? - спросил его хозяин.
- Я пришел приветствовать тебя. Слышал я, что ты собираешься в паломничество. Если ты возьмешь меня к себе слугой, я буду в твое отсутствие сторожить дом.
\"Я все беспокоился о том, кому бы поручить надзор за стадом, чтобы моих коз и овец не украли и не зарезали,- подумал Мехзияр.- Если я поручу свое стадо человеку, он придумает множество хитростей и в месяц эсфенд (Эсфенд - двенадцатый месяц иранского солнечного года, приходящийся на 21 февраля - 21 марта.) когда тысяча овец принесет ягнят, он возьмет себе не меньше сотни. Хорошо, что появился четвероногий шакал; он присмотрит за моим скотом\".
- Эй, шакал,- обратился хозяин к шакалу,- мне очень хотелось бы взять тебя с собой, чтобы вместе посетить святое место и поцеловать его порог. Ты подмел бы вокруг своим хвостом, а я - своей бородой. Но если ты останешься здесь и постережешь мое стадо - это будет лучше. Ты сможешь сходить в Мекку, когда я вернусь оттуда.
Шакал очень обрадовался:
- Хорошо,- сказал он,- давай так и сделаем. Через несколько дней Мехзияр препоручил шакалу стадо, а сам стал готовиться в дорогу.
Узнав об этом, овцы очень встревожились и стали говорить Мехзияру:
- Эй, Мехзияр! Шакал из породы волков, он нас съест!
Но Мехзияр успокаивал их:
- Не всяк из волчьей породы ест овец. Собаки, например, тоже волчьей породы, но ведь они - ваши сторожа.
В тот день, когда Мехзияр уселся в кеджаве (специальное приспособление для путешествия на верблюдах) и выехал за ворота Балха, шакал зашел в хлев взглянуть на овец и отправился на розыски волка, с которым он дружил с детства. Шакал все рассказал волку и повел его к овцам.
В тот же день они вспороли животы пятерым овцам и вдвоем съели их. Как только это увидали козы, они сразу же убежали и смешались с козами других стад, а ленивые овцы остались, и шакал с волком съели их одну за другой.
Шли дни, за ними месяцы. Год подошел к концу. По городу разнеслась весть, что паломники благополучно возвращаются. Шакал задумался о том, какой же ответ даст он Мехзияру. Он так ничего и не успел придумать, когда Мехзияр вернулся домой и пошел проведать своих овец.
Шакал начал плакать, стонать и со слезами обратился к Мехзияру:
- О хозяин! Знаешь ли ты, что случилось с нами после твоего отъезда? В первый же месяц до нас дошел слух, что все, ехавшие с караваном, тяжело заболели, а многие умерли. Я очень испугался и дал обет, если ты вернешься здоровым, зарезать сотню овец и раздать мясо нищим и бедным. На другой день, узнав, что ты жив и здоров, я тут же зарезал сто овец и роздал мясо голодным.
На следующий месяц пришло известие, что караван сбился с пути, попал в пески и сто человек умерло от жажды. Я опять пообещал богу, если ты остался жив и здоров, зарезать сто жирных овец и послать мясо в дома бедных вдов. Слава богу, на следующий день до нас дошла весть, что с тобой ничего плохого не случилось. Я зарезал еще сто овец.
На третий месяц пришло известие, что на караван напали разбойники и убили восемьдесят человек. На этот раз я пообещал, если ты не окажешься в их числе, зарезать двести овец. Как я обрадовался, когда узнал, что среди убитых тебя не было!
Наконец сказали, что в город пришел человек и принес известие о твоей смерти. Я стал проливать слезы, рыдать, надел по тебе траур и в твою память роздал бедным двести овец. Но два дня тому назад пришел другой человек и принес новое известие: он сказал, что ты жив и здоров и завтра или послезавтра приедешь домой. От радости я не мог сдержаться, зарезал всех оставшихся овец и роздал бедным в честь твоего возвращения. Я очень рад, что опять вижу тебя живым и невредимым!
- Эй, негодяй! - закричал Мехзияр.- И ты думаешь, что я поверил твоим россказням?! Клянусь богом, на рассвете я сделаю из тебя шашлык!
Он тут же снял с себя матерчатый пояс, накинул шакалу на шею и потащил его к дереву. Там он подвесил шакала за хвост.
- Повиси здесь до утра,- сказал он,- а утром я повешу тебя за шею!
Шакал понял, что попался. Мехзияру было очень жалко своих овец, и, конечно же, завтра он повесит его. Шакалу ничего не оставалось делать, как пожертвовать своим хвостом. Он принялся грызть хвост зубами и в конце концов на рассвете перегрыз его. Хвост оборвался, а шакал шлепнулся на землю.
Услыхав какой-то странный звук, Мехзияр выбежал из дома посмотреть, что случилось. Он увидел, что на дереве висит хвост шакала, а сам шакал удирает.
- Эй, шакал! - крикнул Мехзияр вдогонку ему.- Если даже ты превратишься в птицу и взлетишь на небо или станешь рыбой и уплывешь в море, все равно ты попадешься мне в руки. У тебя теперь хорошая примета - ты бесхвостый!
Шакал смекнул, что дело плохо и что его, бесхвостого, легко будет найти. И он стал думать, как бы сделать бесхвостыми и других шакалов, чтобы в случае надобности можно было затеряться среди них.
Долго он ходил, бродил и наконец набрел на какой-то сад. Тогда он взобрался на холм и завыл. Вокруг него сразу же собралось пятьдесят-шестьдесят шакалов, и он сказал им:
- Эй, шакалы! Я день и ночь забочусь о вас, и мне очень жаль, что вы голодаете. Я нашел хороший сад; в нем растут прекрасные плоды: груши, виноград - словом, все, что вы можете пожелать. Отправляйтесь туда и ешьте сколько вам угодно!
Шакалы пошли за ним. Он провел их в сад, а сам побежал к садовнику и сказал ему:
- В твой сад забралась стая шакалов; они пожирают и топчут фрукты. Ты один не сможешь с ними справиться. Из доброго расположения к тебе я хочу посоветовать, что нужно сделать, чтобы шакалы забыли к тебе дорогу.
- Что же это?
- Сделай вид, будто ты весел и доволен, и скажи им: \"Ешьте плодов сколько хотите, но с одним условием: пусть каждый из вас выберет себе ветку или дерево и объедает его, а я привяжу вас к этим деревьям за хвосты. Когда наедитесь досыта, я вас отвяжу и вы сможете идти куда угодно\". Шакалы согласятся, ты привяжешь их всех за хвосты к деревьям, а остальное уж мое дело.
Садовник сделал все так, как его научил шакал, и ушел.
Спустя час бесхвостый шакал явился в сад и сказал товарищам:
- Вы знаете, куда пошел садовник?
- Нет!
- Он хочет позвать крестьян, чтобы они пришли сюда с палками и дубинками.
Шакалы перепугались. Одни сказали:
- Выдумываешь!
Другие спросили:
- Что же нам делать?
- Если вам дорога жизнь, вы должны перегрызть себе хвосты - другого выхода у вас нет,- сказал бесхвостый шакал.
И шакалы начали перегрызать себе хвосты и падать с деревьев на землю, стараясь удрать до прихода садовника.
Теперь послушайте о Мехзияре. Он очень рассердился на шакала и стал придумывать, как бы его наказать.
\"Я обязательно должен поймать шакала,- думал он,- обрезать ему уши и нос, обвязать его веревкой и провести по улицам и базарам, чтобы опозорить его перед всеми. Пусть люди узнают, что зверь не может дружить с человеком\".
Он взял в руки палку и отправился разыскивать бесхвостого шакала. Но сколько он его ни искал, найти нигде не мог. И вдруг на склоне одного холма он как-то увидел бесхвостого шакала. Мехзияр поднял палку и хотел размозжить ему голову, но шакал чуть отбежал назад и сказал:
- Я не сделал тебе ничего плохого. За что же ты хочешь причинить мне зло?
- Ты не сделал мне ничего плохого?! Да ведь ты съел всех моих кур и петухов, всех моих овец!
- Это был другой шакал, не я.
- У тебя есть примета - сказал Мехзияр,- ты без хвоста.
Шакал засмеялся:
- Вот так невиновные и попадаются вместо виновных! Если один бесхвостый шакал нанес тебе ущерб, чем же виноваты другие? В нашем роду у всех самцов нет хвостов. Не веришь - постой здесь немного и увидишь сам.
Шакал завыл, и сразу же к нему отовсюду стали сбегаться бесхвостые шакалы.
Мехзияр устыдился и сказал:
- Простите меня, я не знал, что вы родились бесхвостыми.
Но шакалы, заподозрившие своего товарища в обмане, ответили:
- Мы не родились бесхвостыми, мы перегрызли себе хвосты, чтобы спастись от беды.
- Расскажите мне, как это было,- попросил Мехзияр.
Шакалы рассказали ему все с начала до конца, и Мехзияр понял, что это проделки того самого шакала.
- О негодный! Как подло ты поступил с товарищами, чтобы спасти свою шкуру!
Тут шакалы поняли, что все они были обмануты. С их помощью Мехзияр схватил бесхвостого шакала и повесил на крепком суку, чтобы другим зверям неповадно было так поступать.

Сказка № 3552
Дата: 01.01.1970, 05:33
Увидел как-то медведь во сне, что удалось ему раздобыть три жирных куска мяса. Проснулся он утром и отправился на поиски этих кусков - вдруг сон сбудется!
Вот заметил медведь вдали козлёнка, направился к нему, а козлёнок видит, что не убежать ему, не растерялся, подошёл к медведю и низко ему поклонился.
- Да знаешь ли ты меня? - спросил его медведь.
- Конечно - ответил козлёнок. - Все знают тебя, о ходжа-кедхуда. А я тем более, ведь я был придворным певцом твоего отца.
- Так спой же и для меня, - попросил медведь.
Козлёнок начал громко блеять, и пастух услышал. Прибежал он с овчарками, отдубасил медведя дубиной, да ещё собаки покусали его - еле-еле убежал медведь.
Пошёл медведь дальше, а навстречу ему два барана. \"Съем-ка я их\", - подумал медведь.
Позвал он баранов, видят те, что бежать невозможно, сговорились и подошли к медведю.
- Мы очень рады, - говорят они, - что станем едой ходжа-кедхуды.
И давай бараны спорить, кого раньше медведю есть. Наконец один предложил:
- С разрешения ходжа-кедхуды мы сразимся на рогах. А победителя пусть он съест первым.
Выбрали они в судьи медведя, отступили на пятьдесят шагов да как ударят с размаху медведя рогами под бока! Бедняга упал, а когда пришёл в себя, то баранов и след простыл.
Часа два медведь отлеживался под деревом, потом встал и пустился в путь. А навстречу ему верблюд. Медведь подумал: \"Это лучше всего: и жирнее, и мяса больше\".
Закричал он во весь голос:
- Эй, верблюд! Остановись, я видел во сне, что должен съесть тебя!
- Здравствуй, ходжа-кедхуда, - ответил верблюд.
- А ты откуда меня знаешь? - спросил медведь.
- Кто же тебя не знает! - Отвечал верблюд. - А я в особенности, я ведь гонец твоего отца. Я вот и сейчас несу тебе послание от отца.
- Где же оно?
- Написано у меня на копыте, - ответил верблюд. Медведь присел, чтобы прочитать послание, а верблюд так лягнул его в грудь, что он отлетел на десять шагов и лишился сознания. Только перед заходом солнца медведь пришёл в себя и понял, как нужно было толковать свой сон.

Сказка № 3551
Дата: 01.01.1970, 05:33
Было это или не было, но говорят, что в прежние времена жили муж с женой. Оба они были очень глупыми. У них было две дочери и два сына. Дочерей они выдали замуж, старшего сына женили, и дома остался лишь младший, которого звали Гобад. Он был самым разумным в семье. Однажды мать сказала:
- Сын мой, слава богу, мы всех пристроили: твоих сестёр отдали замуж с приличным приданым за хороших людей, твоему брату нашли хорошую, красивую жену. Теперь у меня нет иного желания, как женить и тебя.
- Я не собираюсь жениться, я хочу жить один,- ответил Гобад.
- Не говори так,- возразила мать,- проклятье тяготеет над людьми, у которых нет жены. Если хочешь, чтобы молоко, которым я тебя вскормила, оставалось чистым,- ты должен жениться.
Хотел Гобад или нет, но мать заставила его взять жену. Она привела ту девушку, которую имела на примете, вложила её руку в руку сына и отпраздновала свадьбу.
И зажила эта женщина в доме с мужем, братом мужа, со свекровью и свекром. Она была не очень расторопна, но нрава спокойного и несварливого.
Однажды она занималась хозяйством и подметала двор, когда свекровь попросила её принести кальян. Невестка понесла кальян и уронила его. Кальян разбился.
В это время во дворе заблеяла коза. Женщина подумала, что коза видела её неловкость. Она подошла и стала упрашивать козу:
- Не выдавай меня, не говори ничего свекрови. Если ты меня не выдашь, я вдену тебе в уши мои серьги и надену на ноги браслеты.
Коза опять заблеяла. Женщина тут же проколола козе уши и вдела в них серьги, а на ноги козе надела браслеты.
В это время из дома вышла свекровь. Видит она: в ушах у козы серьги, а на ногах - браслеты.
- Кто вдел козе в уши серьги и надел ей на ноги браслеты? - спросила старуха.
Невестка подбежала и стала просить:
- Дорогая свекровушка, заклинаю вас вашим сыном, пусть всё останется между нами. Я уронила кальян - и он разбился. Коза услышала и заблеяла. Я попросила её сохранить мою тайну и за это дала ей свои серьги и браслеты. Прошу вас, скажите ей, чтобы она меня не опозорила и не проболталась бы свекру.
Свекровь подошла к козе. Та заблеяла.
- Эй, коза,- сказала старуха,- не говори никому, что моя невестка разбила кальян, и я подарю тебе за это цветное платье и мою шелковую чадру.
Старуха принесла своё цветное платье и шелковую чадру и надела на козу. В это время пришёл свёкор и спросил:
- Чем это вы забавляетесь? Зачем вы так разодели козу?
Коза заблеяла.
Старуха подошла к старику и сказала:
- Пусть это тебя не тревожит! Наша невестка уронила и разбила кальян; коза услышала; невестка отдала ей серьги и браслеты, чтобы она молчала. Но коза всё рассказала, и я тоже подарила ей платье и чадру. Я не хочу, чтобы об этом кто-нибудь узнал.
Свёкор подошёл к козе и сказал:
- Молодец, коза! Если ты никому не скажешь, я тоже подарю тебе мои новые туфли.
Он принёс юфтевые туфли и надел их на ноги козе.
В это время пришёл брат мужа и очень удивился: что это за забава с козой?
- Зачем вы это сделали? - спросил он.
Ему все рассказали. Он снял с головы шапку и надел на козу.
Теперь на козу стоило посмотреть: на ней были надеты платье и чадра, в ушах висели серьги, на ногах красовались туфли, на голове - шапка. Вся семья в тревоге окружила её.
- Эй, коза! Упаси тебя бог проговориться Гобаду, мужу этой женщины, что она разбила кальян. Как бы он не развелся с нею!
Не успели они договорить, как пришёл Гобад.
Увидев козу, он стал спрашивать, что случилось.
- Ничего не случилось! - ответила ему мать.
- Зачем же вы так нарядили козу?
- Ты только никому не рассказывай, пусть всё останется между нами: твоя жена подметала двор, я попросила её принести кальян; она уронила его, и он разбился; коза всё видела; жена твоя попросила, чтобы коза никому не рассказывала, и надела на неё серьги и браслеты; в это время подошла я и спросила, что случилось; твоя жена всё мне рассказала; я отдала козе платье и чадру, чтобы она не разгласила тайны; пришли твой отец и брат; они в награду за молчание дали козе туфли и шапку. Всё это мы сделали, чтобы коза тебе ничего нe говорила. Знай же, это не твоя жена разбила кальян, коза ошиблась.
Когда Гобад всё это услышал, он очень огорчился, поднялся и сказал:
- Не могу я больше жить с вами, дураками. Оставлю вас и уйду.
Он пошёл к родителям жены, рассказал им всё и спросил:
- Теперь скажите мне, что я должен делать?
Те ответили, что делать нечего, надо, мол, терпеливо нести своё бремя.
- Нет,- сказал Гобад,- не могу я больше жить с дураками. Я пойду в другой город и, если увижу там ещё больших дураков, чем вы, вернусь обратно, если же таких не найду, никогда сюда не вернусь.
Сказав так, он надел свои плетёные туфли и вышел из городских ворот.
Шёл он, шёл и дошёл до одного города по другую сторону горы. Он походил по улицам, базарам и присел отдохнуть на глиняной скамье возле какого-то дома.
Из дома вышел человек и увидел, что на скамье сидит незнакомец. Он понял, что этот человек здесь чужой и, наверное, голоден. Хозяин приветствовал его, вернулся в дом, принёс горшок с похлёбкой и дал Гобаду поесть. Гобаду показалось, что горшок, очень большой снаружи, мало вмещает в себя. В два-три глотка Гобад съел всю похлебку и заглянул внутрь. Оказалось, что горшок ни разу не мыли с тех пор, как впервые ели из него, и все остатки пищи прилипали к стенкам. Постепенно всё это засохло, заплесневело, и в горшке осталось очень мало места.
Съев похлёбку, Гобад пошёл к ручью, вычистил и вымыл горшок, и принёс к дому. Хозяин взял свой горшок и остолбенел от удивления: он никогда в жизни не видел человека, умеющего мыть горшки. Обрадованный, он вбежал в дом и закричал:
- Пришёл человек, умеющий мыть горшки! Пришёл человек, умеющий все делать!
Все обитатели выбежали из дома и окружили Гобада. Каждый принёс свою посуду и просил вымыть её за хорошую плату.
Когда Гобад перемыл всю эту посуду, к нему стали прибегать из других домов, приносить ему горшки и тарелки с просьбой вымыть их.
Гобад пробыл в этом городе несколько дней. Он мыл посуду и смеялся над жителями города. А когда он собрал много денег - ушёл от них, сказав:
- Они ещё большие дураки, чем мои родственники!
В самую холодную зимнюю пору Гобад пришёл в другой город. Люди там жестоко страдали от холода: одни нацепили на себя ватные одеяла - проделали для головы дырки и обвязали одеяла вокруг пояса верёвками; другие поставили на огонь котлы с водой и грелись над паром; третьи нагревали на огне лепёшки глины и прикладывали их к телу - словом, каждый старался согреться, как умел.
Гобад нажёг из дров углей, сшил из полотна и ваты большое одеяло, вылепил из обожженной глины очажок и устроил корси - низенький столик над жаровней покрытый тёплым одеялом и служащий для обогревания.
Старые и малые, взрослые и дети- все собрались вокруг корси, спрятали ноги под одеяло и с наслаждением отогревались.
Постепенно об этом узнали все жители города. Гобаду стали щедро платить, только бы он устраивал в домах корси.
Собрав много денег, Гобад пошёл в третий город, так как понял, что жители второго города ещё большие дураки, чем его родственники.
В третий город он пришёл уже перед самым вечером. Побродив немного по улицам и базарам, он хотел пойти в караван-сарай и поискать пристанище. Вдруг возле одного дома он увидел толпу мужчин и женщин. Все они громко говорили, шумели. Оказывается, это привели невесту к жениху, но высокая невеста не может войти в низкую дверь своего нового дома.
- Сломайте дверь, чтобы невеста могла войти в дом,- требовали родственники девушки.
- Зачем мы будем ломать дверь? Подрежьте шею невесты, чтобы она стала пониже,- возражали родные жениха.
Гобад вмешался в их спор и сказал:
- Дайте мне сто ашрафи - золотых монет и я введу невесту в дом так, что не надо будет ни дверь ломать, ни шею невесты подрезать.
Он подошёл сзади к невесте и стукнул её по затылку. Невеста нагнулась и вошла в дом.
Все обрадовались, а Гобад взял свои сто ашрафи и ушёл из этого города в следующий.
Он вошёл туда через городские ворота и пошёл бродить по улицам. И вдруг видит, что двери одного дома раскрыты, кругом толпится народ, а изнутри слышен шум и плач женщин. Гобад подошёл и спросил, что случилось.
- Дочь губернатора пошла взять из кувшина сыр,- отвечали ему,- но у неё застряла там рука. Обратились за помощью к городскому мудрецу, и он сказал, что нужно или разбить кувшин, или отрезать ей руку. Но, так как кувшин один, а рук у девушки две, решили отрезать ей руку. Теперь народ пошёл за ножом, а девушка и её мать плачут.
- Я все устрою так, что не надо будет ни разбивать кувшин, ни отрезать руку,- сказал Гобад.
- Поторопись,- отвечали ему,- покажи своё искусство!
Гобад подошёл к девушке и увидел, что она захватила такой большой кусок сыра, что вытащить с ним руку нельзя. А девушка не могла сообразить, что стоит ей выпустить сыр - и рука легко вылезет из кувшина.
Гобад ударил девушку по руке. Она разжала пальцы, сыр упал на дно кувшина, и девушка без труда освободила руку. Все жители города обрадовались, а губернатор дал Гобаду пятьдесят ашрафи.
Сказка наша длинная. Из этого города Гобад пошел в следующий. Не успел он ещё войти в ворота, как увидел большую толпу людей, стоявших у колодца, возле которого лежала целая куча земли.
Гобад подошёл ближе и спросил, что случилось.
- Разве ты не видишь - земля вспухла? Мы боимся, что опухоль прорвётся и земле будет больно!
- Почему же вы не приведёте доктора? - спросил Гобад.
- У нас его нет!
- Заплатите мне за лечение, и я вскрою нарыв,- сказал Гобад.
Ему дали сто ашрафи. Он взял лопату и раскидал кучу по полю. Все очень обрадовались, стали просить его, чтобы он остался, но он не захотел и пошёл дальше.
Спустя семь дней и семь ночей он пришёл в другой город и увидел, что губернатор, муллы и все жители собрались возле треснувшей башни в городской стене, плачут и рыдают.
Гобад подошёл поближе и спросил, что случилось.
- Разве ты не видишь, что прорвался живот у городской стены? Мы боимся, что дыра увеличится и все жители города погибнут.
- Я зашью живот вашей стене, - заявил Гобад.
- Если ты это сделаешь, мы охотно дадим тебе сто ашрафи!
Гобад взял сто ашрафи, замесил глину и замазал в стене все щели. Жители города обрадовались, но, как ни просили они его остаться, Гобад ушел.
\"Сколько я ни прошел городов - всюду люди глупее, чем моя родня,- подумал Гобад.- Пойду ещё в один город; если жители его умнее и рассудительнее моих родственников, останусь в этом городе, если же нет - вернусь к себе домой\".
Отправился он в последний город. Но прежде остановился у ручья отдохнуть, помыться и причесаться. Взглянув на свое отражение в воде, он увидел, что от долгих скитаний под солнцем лицо его совсем почернело.
В это время к ручью пришла за водой служанка из богатого дома.
- Откуда ты пришёл? - спросила она.
Гобад был очень утомлен и ответил:
- Из ада!
- Что ты там делал?
- Был привратником.
- Не видел ли ты там моего хозяина?
- Да, видел.
- Как он живёт?
- Плохо.
- Почему?
- Он остался должен кому-то сто туманов, и теперь каждый день его бьют за это по голове раскалённой дубиной.
- Ради бога,- взмолилась служанка, -постой здесь немного, я позову хозяйку. Она придёт сюда и поговорит с тобой.
Служанка побежала домой и сказала хозяйке:
- На этот свет пришёл привратник ада, он рассказывает интересные вещи.
- Пойди и приведи его сюда, послушаем, что он говорит,- приказала хозяйка.
Служанка пошла к Гобаду:
- Идём к нам, у хозяйки есть к тебе дело.
Гобад пошёл и увидал, что хозяйка молода и красива, с тонкой талией, в дорогой чадре, в атласном платье, с цветами в волосах.
Поприветствовав Гобада, она спросила его:
- Скажи правду, ты действительно видел моего первого мужа?
- Да, и ему приходится очень плохо, потому что из-за ста туманов, которые он кому-то остался должен, его каждый день бьют раскалённой дубиной по голове.
- Ради бога,- попросила хозяйка,- я дам тебе для него сто туманов, пожалуйста, передай ему, чтобы он отдал кому нужно.
- Я хожу пешком,- ответил Гобад,- а так как у меня болят ноги, я не смогу скоро добраться до него. Если я опоздаю, не обижайся на меня.
- Раз ты не можешь идти быстро, я дам тебе лошадь,- сказала хозяйка.- Ступай,- приказала она служанке,- возьми лошадь и приведи сюда.
Служанка привела лошадь.
- Садись теперь и поезжай,-сказала хозяйка Гобаду.
- А что я отвечу твоему мужу, если он спросит: \"Почему ты не поцеловал за меня мою жену?\"
- Ты говоришь правду. Иди поцелуй меня покрепче и поезжай.
Гобад так и сделал; потом сел на лошадь и отправился в путь.
После отъезда Гобада домой вернулся второй муж женщины. Увидев, что жена чем-то опечалена, он спросил:
- Что случилось?
- Тебе-то что? - ответила жена. - Тебе всё досталось готовенькое от моего первого мужа, все его деньги и имущество. Теперь ты даже не спросишь, что тот несчастный делает в аду, ты о нём даже не вспомнишь. Сегодня приходил привратник ада, он рассказывал, что мой муж при всём его богатстве, какое имел на этом свете и какое оставил тебе, задолжал кому-то на том свете и каждый день его бьют за это дубиной по голове. Я дала привратнику сто туманов и лошадь и попросила, чтобы он ехал как можно быстрее и передал несчастному деньги.
Муж понял, что какой-то человек сумел обмануть его жену.
- Эх ты, глупая,- сказал он,- ведь тебя обманули. Где же это ты видела, чтобы кто-нибудь вернулся с того света?!
- Да, я знаю, почему ты так говоришь,- сказала жена,- ведь ты забрал всё его имущество, а самого его даже и не вспоминаешь.
Когда муж понял, что жена не хочет его слушать, он оседлал хорошую лошадь и пустился вдогонку за \"привратником ада\".
А Гобад в это время приехал на какую-то мельницу. Обернувшись и увидев, что за ним гонятся, он быстро вошёл и спросил мельника:
- Ты молол на этих днях муку для шаха?
- Да,- ответил мельник.
- В твою муку попал камешек, и шах сломал себе зуб. Вон видишь, скачет всадник? Это шах послал его за тобой; тебя должны схватить и повесить.
Мельник очень испугался. Он бросился к Гобаду и стал упрашивать спасти его от всадника.
- Давай скорей поменяемся одеждой,- сказал Гобад.-Ты надевай моё платье, а я надену твоё. Спрячься где-нибудь, а я уж знаю, что ему ответить.
Мельник сделал всё, как велел Гобад.
Подъехал всадник и спросил у переодетого Гобада:
- Ты не видел здесь человека на лошади?
- Нет,- ответил Гобад.
- Зачем ты лжешь? Ведь у двери стоит привязанная лошадь!
- Нет, не видел,- громко ответил Гобад, а глазами показал, где спрятался мельник.
Всадник бросился туда, а Гобад выскочил на двор, сел верхом на быстрого коня с украшенной золотом сбруей и поскакал домой.
Послушайте теперь о мельнике.
После того как приезжий его отколотил, мельник взмолился:
- Клянусь Аллахом, я тут ни при чём! Вы сами виноваты, что пекли для шаха лепёшки из непросеянной муки.
- Что ты говоришь? - удивился приезжий.
- Разве ты избил меня не за то, что в муке попался камешек?
- Нет,- ответил тот,- я бил тебя за то, что ты принёс из ада ложное известие. Ты взял у моей жены лошадь и сто туманов.
- Я принёс весть из ада? - переспросил мельник.- Ты на этом свете ввёрг меня в ад, какие такие вести я мог принести с того света?
И тут выяснилось, что хитрый Гобад обменялся одеждой с мельником.
Приезжий выбежал на двор и увидел, что Гобад ускакал на его лошади, а вместо неё привязал свою. Что ему было делать? Он сел на оставленную лошадь и вернулся домой.
- Где ты был? - спросила его жена.
- Я подумал, что, если привратник пересядет на лучшего коня, он скорей доскачет до ада. Вот я и обменялся с ним лошадьми.
- Молодец, теперь я вижу, что ты по-настоящему любишь меня и разделяешь мою печаль о первом муже. Дай я поцелую тебе руку. Если, упаси бог, ты тоже когда-нибудь умрёшь и твоё место займет кто-нибудь другой, я и тебя не забуду: когда опять придет привратник ада, я пошлю тебе деньги и лошадь, чтобы он скорей до тебя добрался, и в память о тебе поцелую его.
А Гобад вернулся домой с туго набитым кошельком, с хорошей лошадью в золотой сбруе и сказал своим родным и жене:
- Я всех вас люблю и останусь жить с вами!

Сказка № 3550
Дата: 01.01.1970, 05:33
Рассказывают, будто правил в одной стране некий благочестивый и мудрый султан по имени Санджар, с необыкновенным тщанием вникавший в дела государства и подданных, не полагаясь в сем на своих приближенных. Сменив богатое облаченье на простые одежды бродяги, ходил он ночью по улицам города, днем же в платье каландара отправлялся на базар, где собиралось множество народа, и там, неузнанный, вникал во всякие распри, дабы суд его был правым, а величье прославленным.
Сидя однажды на суфе возле продавца жареных фисташек, он увидел прекрасного юношу в одежде каландара. Это был луноликий красавец, в облике которого без труда угадывалось благородство. И каждый, кто смотрел на него, не мог сокрыть своего восхищения. Однако чело юноши было отмечено глубокой печалью, и понял султан смятение его души и мужество, с коим он преодолевал страдания. Султан подозвал к себе юношу и сказал:
О странник, ты столь молод и красив! Что побудило тебя облачиться в одежды каландара и отречься от всего мирского?
И султан прочитал стих:
Может друг понять, что таится в душе у друга-страдальца,
Если связан с ним неразрывно, будто ноготь с мякотью пальца.
Чтоб отвергнуть мирские богатства, очень трудно силы найти,
Как избравшему цель скитальцу очень трудно свернуть с пути.
О таящийся под обличьем каландара, — молвил юноша,— зачем ты бередишь мои раны? Какой прок тебе во мне, бедном страннике, коий никак не может унять свою боль?! Уже прошло много времени с тех пор, как злой рок лишил меня милосердия Аллаха, однако до сей поры объят я печалью и снедаем душевной горечью. Пришел я в этот город, никому не ведомый, надеясь сокрыть свое горе от других, а ты вынуждаешь меня снова вспоминать о моих страданиях.
Султан изъявил к нему свою благосклонность и ласково молвил:
Успокойся, о юноша, и поведай мне свою историю. Если к тому же ты расскажешь о том, что видел в жизни и в чем ты усматриваешь ее смысл, я буду тебе премного благодарен.
И юноша начал свой рассказ.
История моей жизни грустная и тягостная, а рассказ о ней длинен и утомителен.
И он прочитал стих:
Очень долгая, тихая лунная ночь мне нужна,
Чтоб историю жизни моей я поведал сполна.
В таком случае, — молвил султан, — соблаговоли сказать, где твое пристанище, и вечером я за тобой пришлю.
Юноша назвал обитель каландаров, и тогда султан сказал продавцу фисташек:
Нынешней ночью я буду твоим гостем. Продавец фисташек приготовил всевозможные яства и прекрасно убранное сиденье для почетного гостя. Султан Санджар пришел к нему, и сел на почетное место, и повелел привести юного каландара. Едва юноша переступил порог дома продавца фисташек, он сразу же понял, что перед ним не кто иной, как султан. Он приветствовал султана с должным почтением и уселся на отведенном для него месте. По завершении трапезы султан, обратясь к юноше, молвил:
Умерь, о юноша, печаль и смятение души и поведай мне всю свою историю.
Охотно, — отвечал юноша. — Но для этого ты должен либо покинуть свое почетное место и сесть рядом со мной, либо дозволить мне приблизиться к тебе.
Султан сел рядом с юношей, и тот повел свой рассказ.
О султан, владыка вселенной! Да будет тебе известно, что отец мой был удачливым купцом. Богатства его были несметны. Однажды он позвал меня к себе и сказал: «О дитя мое, ты уже достиг дозволенного возраста, и я решил взять тебя с собой в далекое путешествие. Я хочу, чтобы ты постиг добро и зло, изведал все жизненные тяготы, ибо после моей смерти ты останешься в одиночестве и бремя забот может оказаться для тебя непосильным». Мы покинули пределы города и отправились в далекий путь, и одолели много дорог, и миновали множество городов и селений. Но однажды наш караван сбился с пути. В ожидании утра мы вынуждены были устроить привал. Ночью на нас напали разбойники. Я проснулся от громких криков и к своему ужасу увидел, что отец мой убит. Опасаясь, что меня постигнет участь отца, я вскочил на коня и умчался в пустыню. В конце долгого дня я достиг ворот некоего города, но было уже темно, ворота города оказались запертыми. Я умолял сторожей впустить меня в город, но они оставались глухими к моим мольбам. А неподалеку от городских ворот был невысокий холм, и у его подножья лежал огромный камень. Вот за этим-то камнем я и устроился на ночлег. Ночь, однако, была безлунная, и от пережитого страха я никак не мог уснуть. Вдруг я увидел, как через городскую стену перелез человек с зажженным фонарем в руках. За ним последовали еще двое. Они несли что-то тяжелое! Не успел я подумать, что, должно быть, это воры и что они, видно, хотят здесь разделить добычу, как внезапно они исчезли, словно сквозь землю провалились, но вскоре ненадолго появились снова и уже исчезли окончательно. Я подумал, что они припрятали где-нибудь неподалеку награбленное, и принялся осторожно исследовать окрестности. Вдруг я нащупал неглубокую яму, а в ней какого-то человека.
О безжалостные, — со стоном сказал человек, — чего вам от меня надобно? Дайте мне спокойно умереть.
Я стал его успокаивать:
Не тот я, кого тебе следует опасаться. Тогда человек простонал:
О друг, если ты хочешь мне помочь — унеси меня поскорей отсюда в безопасное место и попытайся залечить мои раны. Мое воскресение принесет тебе счастье, а если я умру, твоя совесть будет спокойна, ибо твой благородный поступок будет служить ей утешением.
Узнав, что человек тот нуждается в помощи, я взвалил его на плечи и с наступлением утра вошел в город. Вскоре я увидел маленький убогий домишко и почему-то решил, что в нем живет одинокая вдова. В ответ на мой стук дверь открыла бедно одетая старушка.
Ты кто такой? — спросила она меня.
Странник, ищущий приюта, — отвечал я.
Старушка проводила меня в дом и, сказав:
Располагайся здесь,— удалилась.
Я развернул ковер, в который был завернут раненый, и моему изумленному взору предстало некое очаровательное создание.
Узрев сию неземную красоту, я едва не лишился сознания. Но постепенно придя в себя, я тяжело вздохнул и сказал:
О луноликая, о жемчужина красоты! Кто причинил тебе такое зло? Почему судьба столь немилостива к тебе?
Девушка с трудом подняла веки.
О благородный юноша,—прошептала она, — если Аллаху будет угодно сохранить мне жизнь, я без утайки поведаю тебе свою историю. А коли мне суждено умереть — пусть моя тайна уйдет со мной в могилу.
Я осмотрел девушку и обнаружил у нее на теле несколько ножевых ран. Омыв раны, я смазал их целебными снадобьями и принялся ухаживать за ней с превеликим тщанием. Однако здоровье ее час от часу становилось хуже. В один из дней, взглянув на меня полными мольбы глазами, девушка сказала:
О благородный юноша, ты мучаешься со мной, не ведая, есть ли в том прок. Выполни мою просьбу, и это облегчит и мою и твою участь.
Слушаю и повинуюсь, — ответил я.
В этом городе, — продолжала она, — есть прекрасный лекарь. Только он способен точно сказать, что ждет больного. Однако ходит он не к каждому. Если у тебя есть немного золота, ступай к этому лекарю и умоли его ко мне прийти. Может быть, он соблазнится деньгами, а может, в нем пробудится чувство сострадания, и он сумеет меня исцелить. Лекарю объясни, будто разбойники до полусмерти избили твоего брата, а ты отыскал его и принес домой. Если лекарь скажет, что я поправлюсь, то ты будешь меня выхаживать. В противном случае бросишь меня на произвол судьбы, чтобы быстрее пришло мое избавление.
Выслушав сии слова, я отправился к лекарю. Придя к его жилищу, я увидел множество народу — это больные ждали его появления.
По прошествии долгого времени лекарь вышел из дому и, не сказав никому ни слова, отправился в шахский дворец. Мы молча последовали за ним. Закончив ежедневный осмотр шаха, лекарь покинул дворец. Тут к нему ринулись все страждущие и стали наперебой рассказывать о своих болезнях. Поведал ему о своей беде и я. Мои мольбы и стенанья возымели действие, лекарь окинул меня сочувственным взглядом и сказал:
Ладно. Сначала я схожу к тебе, а уж потом отправлюсь по другим делам.
Осмотрев больную, лекарь дал мне три пилюли и при этом сказал:
Одну пилюлю пусть она проглотит сейчас, вторую — перед сном, а третью — на рассвете. После этого ты должен прийти ко мне и рассказать, какое действие возымели пилюли на больную.
С этими словами он удалился.
Я сделал все, как велел лекарь, однако поутру, когда надо было дать последнюю пилюлю, у больной из горла хлынула кровь. Я тотчас побежал к лекарю и сказал ему об этом. Лекарь остался чрезвычайно доволен моим известием и, объяснив, будто из больной вышла застоявшаяся кровь, посулил, что вскоре она поправится.
Возблагодарив Аллаха за милость, я возвратился домой, и едва завидев меня, девушка спросила :
О благородный юноша, нет ли у тебя чего-нибудь поесть?
Я принес ей еду, и она отведала ее, и на лице ее проступил румянец.
Мало-помалу она начала поправляться, а в один благоприятный день и вовсе выздоровела.
Вскоре у девушки пробудился интерес к нарядам и украшениям, и стала она столь прекрасна, что я не в силах был оторвать от нее глаз. Потрясенный и изумленный, я утратил дар речи и не находил в себе мужества признаться ей в своем чувстве. А она, будто почуяв, что я попал в любовные сети, молвила:
О благородный юноша, мне ведомо охватившее твою душу желание, однако прошу тебя потерпеть еще немного. Я буду принадлежать тебе одному, ибо ты спас меня от верной смерти и пробудил во мне горячую любовь.
О редчайшая из красавиц, — ответствовал я ей, — не тешь меня своими посулами, ибо одному Аллаху известно, что ждет меня завтра. — А в сердце своем помыслил, что все же лучше пребывать в надежде, чем изведать безнадежность.
В благоприятный день, покупая лекарство для больной, я познакомился с одним знахарем. Я частенько наведывался в его лавку, и вскоре мы стали близкими друзьями. Однажды он пригласил меня в гости. И меня одолели сомнения, как я смогу провести целый вечер в разлуке с любимой. Когда я сказал ей об этом, она, улыбнувшись, ответила так:
Если ты пойдешь к знахарю, постарайся там не задерживаться больше трех дней.
Аллах всемогущий! — воскликнул я. — Каждый час разлуки с тобой для меня подобен смерти.
Ну что ж, ступай, — молвила она. — Только сначала исполни одну мою просьбу.
Девушка попросила меня принести бумаги и чернил и, написав записку, велела отнести ее на базар и вручить высокому седобородому старику, хозяину лавки золотых украшений, а затем, получив от него нужную ей вещь, вернуться домой.
Я взял записку и отнес ее в ювелирный ряд и отдал седобородому старику. Узрев некую печать на той бумаге, он согнулся в почтительном поклоне и вручил мне маленький ларец. Когда я принес его девушке, она вынула из-за пазухи ключ, отперла этот ларец, и я увидел, что ларец полон удивительных драгоценностей. Выбрав несколько жемчужин, она протянула их мне и молвила:
Ступай в город, купи богатое имение. Найми слуг и позаботься, чтобы и им, и их семьям нашлось в том имении жилье. Когда все это сделаешь, отвези туда меня...
По прошествии недели все было готово: богатое имение, внутренние покои коего были убраны коврами и уставлены дорогими вазами, раскрыло свои двери перед моей солнцеликой возлюбленной.
А теперь ты свободен и можешь идти в гости к знахарю, — сказала она.
И я отправился в лавку знахаря. Когда я пришел туда, знахарь повелел слуге привести двух лошадей, и мы сели на них и поехали к его жилищу. Когда мы приехали туда, я увидел, что знахарь сказочно богат. Конюшня полна арабскими скакунами, слуги одеты в дорогие платья и подпоясаны золотыми кушаками. «Как же я приглашу его к себе, — опечалился я, — ведь и он и его слуги станут смеяться над моей бедностью». Итак, мы вошли в дом. Вскоре появились музыканты, певцы и красивые луноликие танцовщицы. Они играли и пели, а потом виночерпий подал чаши с пьянящими напитками, и были те чаши пущены по кругу. Хмель ударил мне в голову, я потерял счет времени. Мне казалось, будто я пробыл здесь всего только сутки, на самом же деле пир продолжался сорок дней и сорок ночей. Когда же опьянение прошло, я, испросив разрешения хозяина, отправился домой. Девушку я застал опечаленной. Воззрившись на меня с укором, она сказала:
О прикинувшийся влюбленным, изгони меня из своего сердца! Для тебя равны шипы и роза, соловей и ворон, огонь и дым. И она прочитала бейт:
Дела благие отличать умей от дел недобрых, скверных,
Ведь много в жизни есть людей неискренних и лицемерных.
Я припал к ее стопам и стал молить о прощении.
О возлюбленная! Душа моя принадлежит одной тебе! Я готов пожертвовать ради тебя жизнью. Пусть очи мои взирали на других, однако в сердце у меня одна только ты. И я прочел стихи :
В ярких чашечках тюльпанов, пламенеющих вокруг,
Чернота печали скрыта — посмотри, мой нежный друг.
За года, что как в тумане я провел, прости меня,
Буду жить я, днем и ночью в сердце образ твой храня!
Так после долгих страстных просьб я с трудом вымолил у нее прощение.
Я у капризницы в руках — в ее жестокой власти:
Не гонит прочь, но не дает и умереть от страсти.
По прошествии нескольких дней красавица, пленившая мое сердце, взглянула на меня вопрошающе и сказала:
О благородный юноша, знаешь ли ты, что обычай повелевает на гостеприимство отвечать гостеприимством. Ты гостил у знахаря сорок дней и сорок ночей, и твое угощение в его честь должно быть не менее богатым.
О прекраснейшая из прекрасных! — отвечал я. — Могу ли я после его сказочно богатого дома звать его к себе? Ведь он станет смеяться над моей бедностью!
Пусть это тебя не тревожит, — утешила меня девушка. — Твое дело — пригласить, а все прочее я беру на себя.
Выслушав эти слова, я отправился к знахарю и просил его вечером пожаловать ко мне в гости. Знахарь ответил согласием. Я дождался его в лавке, а с наступлением сумерек мы уселись на лошадей и двинулись в путь.
По дороге мы увидели прекрасный, подобный раю, дворец и хотели было проехать мимо, но слуги в богатых одеждах остановили нас и сказали:
Вы приехали, господа, ибо вас ждут в этом дворце.
Когда я спешился, ко мне подбежали несколько человек и, отдав надлежащие почести, пригласили следовать за ними. Роскошное убранство дворца повергло меня в изумление. Мы с знахарем уселись на прекрасном ковре, облокотились на шелковые подушки. И тут же заиграли музыканты, запели певцы и закружились в танце луноликие красавицы. Сладкоголосые звуки танбура сжигали мое сердце. Более нежных мелодий я никогда нигде не слышал. Моя возлюбленная устроила такой пир, что сами пери были бы повергнуты в. изумление. И на память мне пришел стих:
Если хочет Аллах дать богатство рабу своему,
Даже камень обычный приносит богатство тому.
Так пировали мы допоздна, и я уснул рядом с моим другом — знахарем. На рассвете, едва пробудившись от сна, я обнаружил, что лежу в своем прежнем бедном доме, а многочисленные слуги и служанки исчезли вместе с райским дворцом. В изумлении я поднялся на ноги и увидел на полу мертвого знахаря с отрезанной головой на груди. Я стал звать на помощь, однако в доме никого не оказалось. Тогда я бросился на улицу. Тут меня остановили несколько всадников, они спешились и, воздав мне положенные почести, обратились ко мне с такими словами:
Слава тебе, о достойнейший юноша! Отныне прекрасная малика принадлежит тебе. Тебя озарило солнце счастья, ты купаешься в лучах луны, твоя печаль обернулась радостью. Тебе суждено стать зятем шаха.
Они облачили меня в богатые одеяния, водрузили мне на голову корону, усадили на чистокровного арабского скакуна и с большими почестями доставили в шахский дворец. Войдя в покои шаха, я увидел его восседающим на троне. Он горячо обнял меня и прижал к своему сердцу.
Отныне ты будешь мне сыном, — ласково молвил он. — Моя дочь по праву принадлежит тебе.
С этими словами он усадил меня рядом с собой и, обратясь к визирям, приказал:
Готовьтесь к свадьбе: украшайте город, угощайте всех, как положено.
Только он успел это вымолвить, как несколько визирей приблизились к трону и, склонясь в почтительном поклоне, доложили:
О всемогущий шах! Из государства Зангбар прибыли посланцы. Они требуют, чтобы ты принял их немедля.
Шах вынужден был ответить согласием. Тут вошли посланцы из Зангбара. Они должным образом приветствовали шаха и передали ему дары от своего владыки и запечатанное письмо. Испросив соизволения шаха, визирь сломал печать и прочел: «Сим посланием я, шах Зангбара, желаю известить шаха Сулеймана о том, что есть у меня сын, коего я люблю больше жизни. Прослышав о несравненной красоте твоей дочери, мой сын полюбил ее всей дутой. Ее прекрасные ресницы, словно стрелы, пронзили его сердце, и он ни днем ни ночью не ведает покоя. По получении даров и сего послания прошу тебя без промедления отправить свою дочь в Зангбар, не то я пойду на тебя войной и сровняю с землей твои владения, а дочь твою увезу силой».
В зале воцарилось смятение. Шах обратился за советом к мудрейшим из мудрых, и те ответствовали :
О высокородный государь! Благополучие страны находится в зависимости от твоей воли. Разум повелевает, чтобы ты отправил свою дочь в Зангбар, а этому юноше возместил утрату богатыми подношениями.
Шах внял их совету, и начались приготовления к отъезду. Недаром говорил поэт: Никогда рожденных друг для друга злое небо не соединяет,
Колесо судьбы с дороги сбилось, и душа пылает и страдает.
По прошествии трех дней, ту, которая похитила мое сердце, усадили на золотые носилки, чтобы отправить в Зангбар. И никто не справился о моей печали и не вспомнил о моей утрате. Я убедился, что за добро не всегда воздается добром, что стоит кому-нибудь выбраться из беды, как он тотчас забывает своего благодетеля. Счастье отвернулось от меня, и я горько зарыдал. Меня охватила печаль, и я выбежал из дворца и увидел, что сейчас унесут шахскую дочь. Слезы сами собой хлынули у меня из глаз, но тут ко мне подошел некий эфиоп и сказал:
Хочешь ли отправиться с нами в Зангбар? Я сделаю тебя другом моего шахзаде.
И я сказал:
Хочу.
Он подвел ко мне скакуна, и мы отправились в путь. Когда мне удавалось приблизиться к носилкам, до моего слуха доносились рыдания моей возлюбленной. И тогда моя душа разрывалась на части.
По прошествии долгого времени мы достигли Зангбара. Сопровождающие занялись своими делами, малику увели во дворец. Я же остался в одиночестве. Вдруг неподалеку от отведенных малике покоев я узрел маленький домик. В ответ на мой стук дверь отворила некая старуха.
Кто ты такой? — спросила она.
Я бедный странник и прошу тебя дать мне приют.
Она пригласила меня в дом и сказала:
О юноша! Нынешней ночью во дворце состоится свадьба шахзаде и малики. Я пойду туда, а тебя оставлю дома с моей дочерью, ибо готова считать тебя своим сыном.
Мир померк в моих глазах, и, снедаемый страстью к возлюбленной, я пал перед старухой ниц.
О матушка, молю тебя, возьми меня с собой во дворец, я мечтаю насладиться лицезрением свадебного пира.
Ты что, лишился разума! — воскликнула она.—Ведь это дворец шаха, он окружен многочисленной стражей, и без высочайшего соизволения туда попасть невозможно.
С воплями и рыданьями я стал лобызать ей ноги.
О матушка, я подарю тебе драгоценную жемчужину. — Я достал из-за пазухи жемчужину и дал ее старухе.
На ее лице отразилась алчность, и она сказала:
О сын мой! Оденься в платье моей дочери, на голову накинь чадру и ступай за мной. Уж как-нибудь я проведу тебя во дворец. Ведь я все же кормилица шахзаде, я для него — вторая мать. Думаю, никто не решится меня остановить. — Она усадила меня перед зеркалом и принялась румянить мне щеки и сурьмить глаза, будто девушке.
Щедростью можешь ты все грехи заранее искупить,
Хитростью можешь ты даже, льва заставить себе служить.
Наконец мы отправились во дворец. Когда у старухи спрашивали, кто с ней пришел, она отвечала, что я — ее дочь, которая издавна мечтает побывать в шахском дворце. А так как нынешней ночью исполнится желание шахзаде, то она, старуха, хотела гы, чтобы давнишняя мечта ее дочери тоже сбылась сегодня. Некоторые служанки, поверив измышлениям старухи, обнимали и целовали меня и при этом говорили:
О матушка, оказывается, у вас такая прекрасная дочь!
Вскоре я вместе с несколькими служанками проник в покои малики. Я увидел ее сидящей на богато убранном троне под пологом. Однако лик ее был печален, и я чуть не лишился разума от горя.
Сжалось сердце мое, пронзенное болью разлуки,
Будто клад предо мною, но не дается в руки.
Я оглядел комнату, выискивая место, где можно было бы спрятаться. И тут я заметил лестницу, ведущую на балкон. Я поднялся по той лестнице и притаился на балконе. Тем временем в комнату вошла служанка и велела всем удалиться, ибо с минуты на минуту сюда должен был пожаловать жених. И в самом деле спустя некоторое время появился жених. Безобразный, как див, он к тому же был пьян и едва держался на ногах. Когда его подвели к трону малики, он приказал слугам удалиться, а сам запер дверь на ключ и, обняв малику, вознамерился было поднять чадру. Малика оттолкнула его и с чувством гадливости сказала:
О мерзкий негодяй, не смей ко мне прикасаться!
Тогда эфиоп страшно разгневался:
Многие красавицы мира были бы счастливы изведать мою благосклонность, ты же называешь меня негодяем. Раз так, я буду действовать по иному.
Сказав это, он привлек малику к груди. Малика же, собрав все силы, вырвалась из его объятий. Тут эфиоп разъярился и стал рвать на ней одежды.
О Касым! — вскричала малика. — Услышь мой зов, приди ко мне на помощь.
Я не мог больше сдержаться, бросился с балкона в комнату и, выхватив кинжал, вонзил его в грудь эфиопа. Тот упал замертво. Я отрубил эфиопу голову, положил ее ему на грудь и воскликнул, обратясь к малике:
Я здесь, дорогая.
Малика широко раскрыла глаза :
Откуда ты явился?
Не спрашивай меня об этом, — отвечал я. Потом поспешно завернул малику в ковер, взвалил себе на плечи и второпях покинул комнату. Находившийся во дворе люд был занят своим делом, и никто не заметил, как я прошел к дворцовой стене и, перебравшись через нее, покинул дворец. Придя в дом старухи, я развернул ковер и увидел свою луноликую.
О Касым, — молвила малика. — Они непременно нас разыщут здесь! Что же делать?
Мы во власти судьбы,— отвечал я и повел возлюбленную на балкон. Там мы и провели ночь.
Наступило утро. Во дворце ждали появления жениха, но его все не было и не было, а в комнату малики войти никто не осмеливался. По прошествии продолжительного времени прислуга все-таки отважилась отпереть дверь, и тут увидели, что жених мертв, а невесты и след простыл. Поднялась страшная суматоха. Пришлось рассказать о случившемся шаху. Шах повелел у городских ворот выставить стражу, обшарить дороги, обыскать все дома города.
Услышав о высочайшем повелении, старуха принялась рвать на себе волосы.
О юноша, — бросилась она ко мне, — я знаю, что в этом деле повинен ты. Если малику найдут в моем доме, то не сносить головы ни мне, ни тебе. Уж лучше я сразу выдам тебя шаху, может быть, хоть меня тогда пощадят.
Я пал перед старухой ниц и, рыдая, стал молить ее о пощаде. Однако все мои мольбы были тщетны. Тут я понял, что могут помочь только деньги, и я отдал ей горсть жемчужин и увидел, как алчность вспыхнула в ее лице, и она сказала :
Чему быть, того не миновать. Дело сделано, и нам не следует поднимать шум. Лучше я стану караулить у двери, чтобы в дом не проникли те, кто ищет тебя и малику.
Она исцарапала себе лицо и, растерев докрасна глаза, уселась на пороге. И горестный вид ее вызывал сочувствие всех прохожих.
Тем временем люди шаха обыскали дома горожан и, не обнаружив следов малики, направились к дому старухи. Старуха же, изобразив глубокую печаль, сказала:
Да осудит вас Аллах! Вы намереваетесь искать убийцу в моем доме? Разве способна мать быть соучастницей в убийстве своего сына? Или вы просто хотите посыпать солью мои раны?
Печаль ее была столь величава и естественна, что стражники, испытав раскаяние, прошли мимо. А старуха, обрадовавшись, побежала к нам и сообщила, что опасность миновала. Мы возблагодарили всевышнего и, переждав, пока в городе все утихнет, стали собираться в путь.
О Касым, — молила меня малика, — уедем с тобой в чужие края. Пусть мы будем бедны, но зато счастливы, оттого что вместе.
О силе наших чувств узнал весь город, вся округа,
Лишь лучшее, что в людях есть, мы видим друг у друга.
Пусть упрекают, мучат нас, но вместе мы с тобою,
Закон любви навек связал мою с твоей судьбою.
«В чем счастье жизни?» — я спросил на пире страсти нашей.
«Храни святой секрет любви!» — ответ был винной чаши.
Сердце мое склонилось к ее сердцу и, не теряя понапрасну времени, я добыл двух арабских скакунов, запасся мужской одеждой для малики, приготовил припасы и все, что требуется в долгом пути, и с наступлением сумерек мы покинули пределы города. Оставив позади много путей и дорог, мы достигли пустыни, и я сказал возлюбленной:
О жизнь моя, свет радости земной
Твоя печаль и день и ночь со мной!
До сей поры мне неведома твоя тайна. Расскажи, кто тебя ранил, кому я обязан встрече с тобой? Почему ты советовала мне пригласить в гости знахаря и каким образом он оказался убитым? Открой мне причину того, чем я снискал благорасположение твоего отца?
И малика рассказала мне такую историю :
О мой возлюбленный! Да будет тебе известно, что я дочь шаха, что отца моего зовут Сулейман, и что я росла во дворце, и было у нас множество слуг. И среди тех слуг был человек, самый близкий мне и моему отцу. Я дала ему денег, чтобы он открыл лавку и занялся торговлей лекарствами. А шах, мой отец, пригласил ему в наставники мудрейших лекарей. Вскоре тот человек стал знахарем, и все состояние, какое тебе довелось у него видеть, пришло к нему с моей помощью. Так он стал богат и всеми почитаем и продолжал оставаться моим другом. Однажды, навестив меня, он принес с собой сосуд с вином. Отведав того вина, я сделалась веселой и радостной. Тут он потерял голову и, обратясь ко мне, сказал:
«О прекрасная малика! Молю тебя, осчастливь меня любовным свиданием! Вот уже много дней я снедаем любовной страстью к тебе. И теперь я не в силах совладать с ней. Если же ты ко мне не питаешь благосклонности, то найди в себе хоть каплю сострадания». Сказав все это, — продолжала малика, — он вознамерился было меня обнять, но я резко отбросила его руку и пригрозила немедля рассказать обо всем отцу, дабы он достойным образом его наказал. Той же ночью знахарь с двумя своими слугами тайком проник в мои покои, избил меня и, решив, что я скончалась, завернул в ковер и бросил в том месте, где ты меня нашел. Аллах в твоем лице послал мне спасителя, и я навеки твоя раба. Теперь слушай об убийстве знахаря. Когда ты пригласил его в гости, я пошла к отцу и обо всем ему рассказала. Он повелел своим стражникам знахаря немедля убить, а тебя доставить во дворец и наградить подобающим образом.
Долго пребывали мы в пути, но не ведали, где найдем свое пристанище. Когда мы подъехали к безлюдному месту, малика удалилась за большой камень, и я тут же услышал ее истошный крик. Я бросился туда и увидел, что ее ужалила змея. Ту змею я убил, но малике помочь не смог. Вскоре, изнемогая от боли и страданий, она скончалась. Сердце мое разрывалось от горя. Я стал биться головой о землю. Я отпустил на волю лошадей и, рыдая, похоронил свою возлюбленную. Однако человек крепче железа, и ему суждено вынести все. И пока срок моей жизни не изошел, любовь к малике и мое горе будут всегда во мне.
Султан Санджар, выслушав исповедь юноши, проникся к нему сочувствием и сказал :
Сними одеяния каландара и скажи, что ты желал бы получить из моих богатств. Я готов подарить тебе что угодно. Теперь я вижу, что в жизни господствует зло. Мир, словно караван-сарай, куда приходят и откуда уходят. Радость и горе в нем неразлучны.

Перепубликация материалов данной коллекции-сказок.
Разрешается только с обязательным проставлением активной ссылки на первоисточник!
© 2015-2017