• Канал RSS
  • Обратная связь
  • Карта сайта

Статистика коллекции

Детальная статистика на
24 Октября 2017 г.
отображает следующее:

Сказок:

6543+0

Коллекция Сказок

Сказилки

Сказки Индонезийские

Сказки Креольские

Сказки Мансийские

Сказки Нанайские

Сказки Нганасанские

Сказки Нивхские

Сказки Цыганские

Сказки Швейцарские

Сказки Эвенкийские

Сказки Эвенские

Сказки Энецкие

Сказки Эскимосские

Сказки Юкагирские

Сказки Абазинские

Сказки Абхазские

Сказки Аварские

Сказки Австралийские

Сказки Авторские

Сказки Адыгейские

Сказки Азербайджанские

Сказки Айнские

Сказки Албанские

Сказки Александра Сергеевича Пушкина

Сказки Алтайские

Сказки Американские

Сказки Английские

Сказки Ангольские

Сказки Арабские (Тысяча и одна ночь)

Сказки Армянские

Сказки Ассирийские

Сказки Афганские

Сказки Африканские

Сказки Бажова

Сказки Баскские

Сказки Башкирские

Сказки Беломорские

Сказки Белорусские

Сказки Бенгальские

Сказки Бирманские

Сказки Болгарские

Сказки Боснийские

Сказки Бразильские

Сказки братьев Гримм

Сказки Бурятские

Сказки Бушменские

Сказки в Стихах

Сказки Ведические для детей

Сказки Венгерские

Сказки Волшебные

Сказки Восточные о Суде

Сказки Восточные о Судьях

Сказки Вьетнамские

Сказки Г.Х. Андерсена

Сказки Гауфа

Сказки Голландские

Сказки Греческие

Сказки Грузинские

Сказки Датские

Сказки Докучные

Сказки Долганские

Сказки древнего Египта

Сказки Друзей

Сказки Дунганские

Сказки Еврейские

Сказки Египетские

Сказки Ингушские

Сказки Индейские

Сказки индейцев Северной Америки

Сказки Индийские

Сказки Иранские

Сказки Ирландские

Сказки Исландские

Сказки Испанские

Сказки Итальянские

Сказки Кабардинские

Сказки Казахские

Сказки Калмыцкие

Сказки Камбоджийские

Сказки Каракалпакские

Сказки Карачаевские

Сказки Карельские

Сказки Каталонские

Сказки Керекские

Сказки Кетские

Сказки Китайские

Сказки Корейские

Сказки Корякские

Сказки Кубинские

Сказки Кумыкские

Сказки Курдские

Сказки Кхмерские

Сказки Лакские

Сказки Лаосские

Сказки Латышские

Сказки Литовские

Сказки Мавриканские

Сказки Мадагаскарские

Сказки Македонские

Сказки Марийские

Сказки Мексиканские

Сказки Молдавские

Сказки Монгольские

Сказки Мордовские

Сказки Народные

Сказки народов Австралии и Океании

Сказки Немецкие

Сказки Ненецкие

Сказки Непальские

Сказки Нидерландские

Сказки Ногайские

Сказки Норвежские

Сказки о Дураке

Сказки о Животных

Сказки Олега Игорьина

Сказки Орочские

Сказки Осетинские

Сказки Пакистанские

Сказки папуасов Киваи

Сказки Папуасские

Сказки Персидские

Сказки Польские

Сказки Португальские

Сказки Поучительные

Сказки про Барина

Сказки про Животных, Рыб и Птиц

Сказки про Медведя

Сказки про Солдат

Сказки Республики Коми

Сказки Рождественские

Сказки Румынские

Сказки Русские

Сказки Саамские

Сказки Селькупские

Сказки Сербские

Сказки Словацкие

Сказки Словенские

Сказки Суданские

Сказки Таджикские

Сказки Тайские

Сказки Танзанийские

Сказки Татарские

Сказки Тибетские

Сказки Тофаларские

Сказки Тувинские

Сказки Турецкие

Сказки Туркменские

Сказки Удмуртские

Сказки Удэгейские

Сказки Узбекские

Сказки Украинские

Сказки Ульчские

Сказки Филиппинские

Сказки Финские

Сказки Французские

Сказки Хакасские

Сказки Хорватские

Сказки Черкесские

Сказки Черногорские

Сказки Чеченские

Сказки Чешские

Сказки Чувашские

Сказки Чукотские

Сказки Шарля Перро

Сказки Шведские

Сказки Шорские

Сказки Шотландские

Сказки Эганасанские

Сказки Эстонские

Сказки Эфиопские

Сказки Якутские

Сказки Японские

Сказки Японских Островов

Коллекция Сказок
[ Начало раздела | 4 Новых Сказок | 4 Случайных Сказок | 4 Лучших Сказок ]





Сказки Вьетнамские
Сказка № 3290
Дата: 01.01.1970, 05:33
С малых лет остался Зианг круглым сиротой, не было у него ни отца, ни матери. Едва мальчик подрос, взял его к себе деревенский богатей и велел буйволов пасти. Держал богатей парня впроголодь, одежонка на бедняге совсем изодралась-излохматилась, лицо от загара да от грязи почернело. Никто в селении не хотел знаться с жалким оборванцем.
Пас однажды Зианг буйволов на склоне холма. Вдруг видит, шагают по тропинке три парня, все трое одеты как щеголи, идут себе да весело смеются. Зиангу очень захотелось узнать, отчего парням весело и куда это они путь держат. Подбежал он к ним и спрашивает:
- Куда вы идёте и отчего так веселы?
- Идём мы в горы к старцу - великому искуснику, он некрасивых людей в красивых превращает, - отвечали парни, - а нам позарез надо стать красавцами, потому как надумали мы жениться.
Стал Зианг просить парней, чтобы и его взяли с собой. Те тотчас согласились.
- Так и быть, возьмём тебя. Авось нам ещё веселее будет.
Загнал Зианг хозяйских буйволов в хлев, а сам побежал вслед за парнями. Денег у трёх парней звенело в карманах много, щеголяли они в нарядной одежде, а на уме у них были одни только шутки да прибаутки. Призадумался Зианг о своей тяжёлой доле и не заметил, что вместе с парнями добрался до подножия высокого холма. И тут вдруг, откуда ни возьмись, появился седовласый и седобородый старец с вязанкой хвороста за спиной. От усталости старик еле ноги переставлял и сильно запыхался. Богатые парни с шутками да прибаутками прошли мимо старика, а Зианг остановился и учтиво спросил:
- Далеко ли хворост несёте? Давайте, почтенный, помогу вам!
Положил старик вязанку на землю, с трудом отдышался и сказал надтреснутым, старческим голосом:
- Живу я вон на той горе, надобно карабкаться всё вверх и вверх, это в мои-то годы! Так что от помощи не откажусь.
Взвалил юноша вязанку хвороста на плечо и пошёл вместе со стариком. Старик сильно семенил, и Зиангу пришлось приноравливаться к его шагу. Старик спросил, куда Зианг путь держит.
- Иду я к старцу - великому искуснику, он некрасивых людей в красивых превращает, - смущенно ответил юноша.
- Тогда позволь, добрый человек, сказать тебе: в моём селении как раз и живёт старец, который многих некрасивых людей красивыми сделал. Немного погодя я покажу тебе, как его дом разыскать.
Подошли они к селению, старик взял у Зианга свою ношу и сказал:
- Иди вниз вон по той тропинке, а дальше спросишь у людей, они помогут тебе разыскать дом того старца.
Старик пошёл по тропинке вверх, а Зианг стал спускаться вниз. Через некоторое время он увидел трёх парней, от которых отстал.
- Эй, парни! - закричал Зианг. - Вы ведь прошли мимо того самого селения, которое нам нужно. Поворачивайте-ка назад! Вон в том селении и живёт старец - великий искусник, он некрасивых людей в красивых превращает!
Повернули парни назад и вместе с Зиангом пришли в селение, про которое старик с вязанкой хвороста говорил. Расспросили они людей, и те показали им нужный дом. Приходят, а там сидит тот самый старик, что повстречался им у подножия холма. Только теперь его было не узнать, старик уже красовался совсем в другом наряде. Он просил всех четырёх парней пожаловать в дом, усадил их, выслушал и говорит:
- Ну что ж, я не прочь вашему горю пособить. Так и быть, сделаю вас красавцами!
А парни-то были из богатых домов, сидят, носы морщат - жильё старика показалось им очень уж убогим.
- Какая здесь грязь да вонь! - шепчутся они.
А Зианг увидел, что в доме не прибрано, и принялся помогать старику: подметать, мыть да сор выносить. Богатые парни и пальцем не шевельнули, знай просят старика, чтобы он поскорее превратил их в красавцев, тараторят, что спешат домой к празднику, а то разберут всех невест и им ни одной не достанется.
- Ладно,- сказал старик,- утром, так и быть, я займусь вами тремя, а тебе, Зианг, придётся потерпеть. Ты сирота, тебе спешить некуда, невеста тебя не ждёт. Поживи у меня, а там видно будет.
Зианг не стал перечить старику:
- И в самом деле, куда мне торопиться? Поживу-ка я у вас. Только вот без дела сидеть я не привык. Дайте мне, почтенный, какую-нибудь работу, а то умру с тоски.
- Вот и хорошо, - молвил старик, - я как раз деревья корчую, новое поле под кукурузу готовлю. Так что дело тебе найдётся.
На другой день взял Зианг острый нож да тяжёлый топор и отправился деревья корчевать. А старик дома остался, потому что трём парням из богатых домов всё не терпелось - очень уж хотели они поскорее сделаться красавцами. Парни ссорились, кому быть первым, и так торопили старика, что у первого парня лицо получилось скособоченным, а у двух других - перекошенным. Выставил старик парней за дверь, не захотел их слушать.
Явились парни на праздник, девушки посмотрели на них да с испугу как кинутся врассыпную!
А Зианг между тем лес корчевал. А как вернулся он с горного поля, старик чуть-чуть подправил ему лицо. Каждый день так и повелось: старик исправлял изъян за изъяном, делал это без спешки и подолгу любовался своей работой.
Минул месяц, старик дал Зиангу монету и послал его в селение курицу купить. Вернулся Зианг, а старик его и спрашивает:
- Скажи, сынок, когда ты пришёл в селение, встретили ли тебя собаки громким лаем? Захрюкали ли свиньи? Закудахтали ли куры?
- Нет, почтенный, - ответил Зианг, - собаки не лаяли, свиньи не хрюкали, куры не кудахтали.
Старик что-то пробормотал, опять усадил юношу перед собой и устранил какой-то изъян у него на лице. И ещё целый месяц старик каждый день исправлял на лице у Зианга мельчайшие изъяны и опять каждый раз подолгу любовался своей работой.
Через месяц он снова дал юноше монету и отправил его в селение, на этот раз за уткой. Вернулся Зианг, а старик опять его спрашивает:
- Скажи, сынок, когда ты пришёл в селение, встретили ли тебя собаки громким лаем? Захрюкали ли свиньи? Закудахтали ли куры?
- Нет, почтенный,- ответил Зианг,- собаки не лаяли, свиньи не хрюкали, куры не кудахтали.
Старик пробормотал:
- Значит, придётся ещё поработать. Ну-ка, сынок, садись передо мной.
Ещё девять дней исправлял старик изъяны на лице Зианга. А потом опять дал ему монету, велел идти в селение - купить козла с длинной шерстью, длинной бородой и изогнутыми рогами.
- Такого козла,- сказал старик,- ты найдёшь в доме, около которого большой валун лежит.
Сходил Зианг в селение, купил красавца козла и привёл к старику, а тот опять спрашивает:
- Скажи, сынок, когда ты пришёл в селение, встретили ли тебя собаки громким лаем? Захрюкали ли свиньи? Закудахтали ли куры?
- Да, почтенный,- засмеялся Зианг,- на этот раз, едва я вошёл в селение, псы залаяли, свиньи захрюкали, а куры закудахтали, крыльями захлопали.
Старик тоже заулыбался:
- Коли так, сынок, пойди сними с козла шкуру! Только смотри не повреди её. Исхитрись целиком снять!
Зианг так и сделал. Шкура у козла была очень красивая. Юноша снял её целиком, вместе с ушами и копытами, потом велел старик набить шкуру сухой травой - получилось чучело. Ровно сто дней сушилось чучело. А потом старик вынул траву и сказал, чтобы Зианг влез в козлиную шкуру. Велел старик юноше отправиться в селение, да не на двух ногах, а на четырех. И ещё сказал, чтобы Зианг никому не позволял дотрагиваться до козлиной шкуры.
Влез юноша в козлиную шкуру и стал похож на настоящего козла. Едва он появился в селении, как со всех сторон начали сбегаться буйволы, быки, свиньи, куры, козы, овцы и собаки. Шли они за Зиангом по пятам, ни на шаг не отставали. Жители селения диву давались.
- Откуда взялся этот козёл? Да он просто красавец, - говорили они. - Давайте отгоним от него буйволов, быков, коз, овец, свиней, собак и кур, не то пойдут за ним вслед - и поминай как звали.
Кинулись жители селения отгонять от Зианга буйволов, быков, коз, овец, свиней, собак и кур. А Зианг молча отправился назад. Вернулся он к старику, тот его и спрашивает:
- Скажи, сынок, какие домашние твари ходили за тобой по пятам?
- Буйволы, быки, козы, овцы, куры, свиньи и собаки по пятам за мной ходили, ни на шаг не отставали, - ответил Зианг.
Заулыбался старик, засмеялся, потом велел принести мяса да растолочь клейкого риса - целых три корзины. Из буйволятины и свинины старик приготовил начинку и напёк много пирогов.
На другое утро велел он Зиангу снова надеть козлиную шкуру и насовал внутрь пирогов - ровно сто двадцать штук.
- Сынок, я сделал тебя красавцем,- сказал старик,- да таким, что в жёны тебе годится только принцесса. Но пока потерпи, походи в козлиной шкуре. Как съешь все сто двадцать пирогов, сбрасывай с себя шкуру - станешь ты белокожим красавцем и женишься на принцессе.
И ещё велел старик разыскать пещеру у подножия того холма, на котором пасутся королевские козы, и спрятаться в ней, а козлиную шкуру не снимать. Так Зианг и сделал.
В одно прекрасное утро пригнала принцесса коз пастись на холм. Вышел Зианг из пещеры, козы увидели его, приняли за настоящего козла и пошли за ним. Отвёл Зианг коз далеко-далеко, туда, где росла самая вкусная, самая сочная трава, а когда они насытились, привёл обратно.
Козы были так сыты, что, когда шли мимо кукурузного поля, ни единого стебля не сорвали, когда шли мимо рисового поля, ни к единому колоску не притронулись. Вечером привёл Зианг коз к принцессе, увидела она красавца козла, удивилась и решила, что к её стаду пристал дикий горный козёл. Хотела она загнать его вместе со всеми козами в хлев, но козёл взбрыкнул и убежал прочь.
На другой день опять погнала принцесса своих коз на холм, а они сразу же свернули к пещере и стали громко блеять, Зианга вызывать. Вышел красавец козёл из пещеры и опять повёл стадо туда, где росла самая вкусная, самая сочная трава. То же самое повторилось и на третий день.
Теперь принцесса целыми днями сидела около пещеры и рукодельничала. Надо сказать, она страсть как любила вышивать. Вечером загоняла принцесса сытых овец в хлев, а красавец козёл убегал в свою пещеру. Жизнь у принцессы теперь была вольготная, ей больше не нужно было карабкаться по холмам, зато вышивать можно было сколько душе угодно. И она целыми днями вышивала себе наряды.
Однажды козы принцессы, как всегда, пришли к пещере и стали блеять, вызывать красавца козла. Тот вышел, поводил-поводил коз по холму, да скоро вернулся назад в свою пещеру и как ни в чём не бывало разлёгся там на камнях. Козы полдня протоптались на одном месте, никак не хотели уходить от пещеры, а принцесса сидела неподалёку и занималась своим вышиваньем. В полдень стало клонить её ко сну. А Зианг всё видел из своей пещеры, вот он и спрашивает:
- Сколько нарядов нужно принцессе? Чего ради принцесса всё вышивает да вышивает? Смотрю, она так устала, что, того гляди, заснёт.
Вздрогнула принцесса, открыла глаза, огляделась по сторонам, но не увидела никого, кроме козла, который лежал на камнях в своей пещере. Принцесса решила, что ей померещилось, будто кто-то её спрашивал про наряды. Она сладко зевнула и опять склонилась над рукодельем, но скоро задремала и тут сквозь сон опять услыхала:
- Сколько нарядов нужно принцессе? Чего ради принцесса всё вышивает да вышивает? Смотрю, она так устала, что, того гляди, заснёт.
Вздрогнула принцесса, открыла глаза, огляделась по сторонам - опять никого, кроме красавца козла, который лежал в своей пещере на том же месте. Очень удивилась принцесса и подумала: уж не умеет ли этот козёл говорить по-человечьи? Тогда она снова принялась вышивать, но скоро сделала вид, будто бы задремала, а сама потихоньку поглядывает на козла.
Хитрость принцессы удалась: решил Зианг, что она и в самом деле задремала, и снова повторил свой вопрос. Поняла тут принцесса, что красавец козёл разговаривал с нею. Подошла она к нему, попыталась заговорить с ним, но козёл молчал, только головой кивал да хвостом помахивал. Рассердилась принцесса, подбежала к козлу и давай трясти его за рога да приговаривать:
- Мой хороший, мой милый козлик, сделай милость, поговори со мной, пожалуйста, а то мне так скучно! А если ты не захочешь со мной говорить, я возьму и поломаю твои красивые рога!
Не стал красавец козёл огорчать принцессу, заговорил с нею по-человечьи. Принцессе так понравилось с козлом беседовать, что стала она звать его к себе в гости. Только он не пошёл, отказался.
На другое утро принесла принцесса козлу угощение. Присела принцесса у входа в пещеру, и стали они беседовать, а козы паслись поблизости. Беседует принцесса, рукодельем занимается. Стежки на вышиванье ложатся куда ровнее и красивее прежнего.
Вечером рассказала она матери-королеве о необыкновенном козле, который по-человечьи говорить умеет, и на другой день пошла королева вместе с принцессой коз пасти, но Зианг так и не вышел из пещеры.
На следующий день вместе с принцессой пришёл сам король. Увидел Зианг короля, опять спрятался в глубине пещеры и просидел там до позднего вечера. Тут и наступил день, когда Зианг съел последний, сто двадцатый, пирог. Вспомнил юноша, как уходил из селения с запасом пирогов, которые ему дал старик, и слова, которые тот сказал.
На следующее утро принцесса пригнала своих коз одна. Увидел Зианг, что принцесса одна, тотчас выбежал в козлиной шкуре из пещеры. Обрадовались козы принцессы и послушно двинулись за козлом, но он поводил-поводил их немного по холму и скорей назад, к пещере. А в тот день случился дождь, козлиная шкура на Зианге сильно вымокла. Спрятался он в пещере и снял шкуру, чтобы её просушить.
Принцесса ждала-ждала козла, а его всё нет. Тогда она не выдержала и вошла в пещеру. Огляделась, смотрит, вместо козла стоит ладный, красивый юноша: лицо у него круглое, как месяц, кожа матово-белая, будто рисовая мука, глаза, словно звёзды, сверкают. А рядом с юношей мокрая козлиная шкура лежит.
Увидела принцесса шкуру и догадалась, что всё это время разговаривала не с козлом, а с этим прекрасным юношей, одетым в козлиную шкуру. От смущения лишилась принцесса дара речи и молча глядела на необыкновенного красавца. Чем больше она на него смотрела, тем прекраснее он ей казался. Наконец поняла принцесса, что надо делать: кинулась к козлиной шкуре, схватила её и стала рвать на клочки, потом подошла к юноше и протянула ему руку. Теперь смутился Зианг: он не мог вымолвить и слова. Тогда принцесса преодолела робость и сказала Зиангу:
- Славный юноша, я хотела бы стать твоей невестой!
Тут Зианг вспомнил слова старика: \"Я сделал тебя красавцем, да таким, что в жёны тебе годится только принцесса\". Обрадовался Зианг, протянул принцессе руку, и они вместе пошли во дворец.

Сказка № 3289
Дата: 01.01.1970, 05:33
Жил некогда на свете мальчик. В семь лет прославился он на всю округу своим умом.
Услышал один старец, как хвалят малыша, и стал ворчать:
– Если ребенок не по годам умен, к старости непременно дураком станет.
Малыш в это время как раз находился неподалеку. Услышал он слова старца, подошел к нему и смиренно спрашивает:
– А вы, почтенный учитель, видно, в детстве были не по годам умны? Верно я говорю?

Сказка № 3288
Дата: 01.01.1970, 05:33
Знаете ли вы, отчего глаза угря узенькие, как щелочки, а глаза рыбы Тяй и карася красные? Не знаете? Так послушайте. Рассказала эту удивительную историю тетушка черепаха креветке. А от креветки узнали ее другие обитатели вод. Может быть, не все здесь точно, да ведь сколько лет прошло? Никто не припомнит.
Давным-давно всем краем речных порогов Бё правила большая черепаха. Не потому, что она была умнее или сильнее всех, а потому, что были у нее четыре лапы и могла она жить и в воде и на земле. Один раз в год речной народ – креветки, крабы и рыбы – собирался на праздник. В этот день они прыгали через речные пороги Бё, чтобы из самых ловких и сильных выбрать воеводу в помощь большой черепахе. Черепаха забиралась на огромную отвесную скалу и оттуда сама судила состязание. Никто, кроме нее, туда взобраться не мог.
Это было хорошее, доброе время. Все обитатели речных порогов Бё жили в мире и согласии. А самая большая дружба была у рыбы Тяй и угря. Очень жалел угорь своего друга – сироту Тяя. Трудно ему приходилось, а помочь сироте было некому. Рыба Тяй в батраки нанимался, за любую работу брался, чтоб прокормиться. Где уж тут было о нарядах думать. Так бедняга Тяй круглый год и ходил в одной рваной набедренной повязке.
Рядом с беднягой Тяем угорь всегда себя чувствовал неловко в своем красивом наряде с розовой и алой тесьмой. Поэтому, когда случалась в округе свадьба или собиралась ярмарка, угорь уступал своему другу Тяю красивый наряд, чтобы и он мог пощеголять на празднике. Заботясь о друге, угорь советовал ему упражняться у речных порогов Бё – вдруг он выиграет состязание и станет воеводой у большой черепахи.
Послушался Тяй угря и начал плавать к речным порогам Бё, упражняться в ловкости и прыжках.
Однажды прыгал Тяй через пороги, вдруг видит: в прибрежных камышах чьи-то черные глаза блестят – кто это за ним подглядывает? Присмотрелся Тяй и узнал красавицу карасиху.
Захотел он перед карасихой своим искусством блеснуть: то он устремлялся вниз к илистому дну, то выскакивал и летел над водой, то скользил по течению, то плыл против течения. Красавица от него глаз не отрывала.
Притомился Тяй. Подплыл он к камышам, где карасиха пряталась, и запел:
Поднимая глаза к небесам.
Одинока звезда, как я сам.
Изнывает в разлуке, тоскеСеребристая рыбка моя.
Как мила эта робость твоя,Серебристая рыбка моя...
Взял бы сеть я с грузилами медными,Вышел к речке с друзьями отменнымиИ поймал, изловил бы тебя,Серебристая рыбка моя!
Почувствовал Тяй, что карасихе эта песня пришлась по душе, и запел еще громче:
Но зубов крокодила боюсь,Да и гнева дракона страшусь,Серебристая рыбка моя...
– Вздохнула карасиха в камышах и говорит:
– Славно ты поешь! Только одного я понять не могу: откуда ты знаешь, что на небесах живет одинокая звезда?
Обрадовался Тяй, что карасиха тайный смысл его песни сразу постигла, и спрашивает:
– Кто это там в камышах? Уж не сестрица ли карасиха?
Карасиха была девица скромная, из камышей выйти не решилась. Лишь пошевелила она розовыми губками и тихонько вымолвила, чтобы только Тяй ее услышал:
– Братец Тяй! Как настанет праздник состязания на речных порогах, оденься понаряднее. Я буду ждать тебя!
– А ты не обманываешь? – откликнулся Тяй. – Ты вправду ждать меня будешь?
Ничего больше не ответила карасиха, вильнула хвостом и ушла в камыши. Закручинился Тяй, стоит на месте, вслед девице смотрит. Вдруг слышит он, издалека ее милый голосок доносится:
Пусть минет три года -Все буду я ждать.
Пусть минет четыре -Все стану я тосковать.
Дождемся, милый,Поры счастливой, -Я буду ждать!
Услышал эту песенку Тяй, обрадовался, заплескался в реке, а как вспомнил, что карасиха велела ему одеться понаряднее, сразу загрустил. Откуда ему взять красивый наряд! Увидел угорь друга Тяя грустным, встревожился:
– Что с тобой, приятель? Молчит Тяй, не отвечает.
– Видно, устал ты через речные пороги прыгать? Покачал Тяй головой, слова не произносит.
– Уж не приглянулась ли тебе какая-нибудь девица? – спрашивает угорь.
Встрепенулся Тяй и отвечает:
– Угадал ты, братец.
И рассказал Тяй угрю, как он с карасихой встретился, как песни пели и что на праздник она его ждать обещала.
– Да вот беда: просила карасиха, чтобы оделся я покрасивее. Так уж будь другом, братец угорь, сделай милость, дай мне на праздник твой наряд, а через три дня я тебе его возвращу в целости и сохранности.
Подумал угорь, подумал и говорит:
– Ладно, Тяй, бери мой наряд. Как друга не выручить? Только не забудь через три дня вернуть его.
Три дня веселились Тяй с карасихой. Кто ни посмотрит на них – удивляется: до чего хороша да красива пара.
Прошло три дня. Разошлись по домам все речные обитатели. Настало время Тяю вернуть другу его наряд, но Тяй и думать об этом не хочет. В чем же тогда с карасихой гулять? И решил Тяй присвоить одежду угря и отправился со своей подругой в дальнее путешествие.
Все три праздничных дня просидел угорь в своем доме, наружу даже носа не показывал: ведь, кроме того наряда, что отдал он Тяю, другой одежды у него не было. Сидит угорь, скучает, одно его только утешает, что братец Тяй веселится. Вдруг его наряд поможет да и сладится у них с карасихой свадьба! Вот славная пара будет!
Но минули праздники, прошел еще день, два, а Тяй все не появлялся и наряд не возвращал. Забеспокоился угорь. Запасы еды все кончились, надо ему на добычу идти, да выйти из дому не в чем: гол он, словно куколка шелковичного червя!
Сердится угорь на приятеля, а сам за него тревожится:
Уж не попал ли Тяй в беду!
Голодно угрю, холодно. Вырыл он себе норку в береговом иле и стал лишь по ночам за добычей выходить. Но только кого-нибудь заметит издали, сразу прячется в речных травах, будто вор. ;Долго угря никто не видел, и все решили, что он умер или отправился в дальние края. IДаже большая черепаха вычеркнула его имя в своих книгах.
Минул год. Тяй снова захотел попытать счастья и явился с карасихой на праздник. Узнал он, что угря никто этот год не видел, решил, что его уже и в живых-то нет, и обрадовался: Теперь-то уж красивый наряд навсегда моим стал. Кончится праздник – поселимся мы с карасихой в доме угря!
Отправились Тяй с карасихой прямо к дому угря. Подплыли – слышат: кто-то из норы у берега громко зовет.
– А! Это ты, негодник Тяй! Где ты гулял целый год? Я все глаза проглядел, тебя ожидая. А ну иди-ка сюда, снимай мой красивый наряд!
Узнал Тяй голос угря, похолодел. Совестно ему стало и страшно. Как быть, не знает. Пригляделся он, видит: совсем изменился угорь, похудел, сам на себя не похож. Тутв голову Тяю пришла одна хитрость, повернулся он к угрю и крикнул:
– Ах ты жалкий лгунишка! Совести у тебя, разбойника, нет. Разве в твоем нищем доме когда-нибудь водились такие красивые наряды?
Этого бедняга угорь никак не ожидал. От обиды затрясся он, чуть было не бросился на обидчика. Да вылезать средь бела дня постеснялся.
А Тяй видит, что угорь приумолк, совсем обнаглел:
– Эй ты, жалкий угришка! Что ж замолчал? Стыдно стало? На сей раз мы тебя прощаем. Но в другой раз пощады не жди! Пойдем, милая, – сказал Тяй карасихе. – На таких наглецов из вонючих норок нечего и смотреть.
Рассердился бедный угорь, еще глубже в норку забился. Всю ночь глаз не сомкнул, а наутро был он у дома большой черепахи. Рассказал угорь черепахе все от начала до конца. Пожалела она беднягу и решила наказать наглеца, нарушившего законы дружбы.
Приказала большая черепаха привести ей негодника Тяя да собрать всех жителей речных справедливый суд вершить.
Поведала большая черепаха всем историю угря и Тяя, а потом громко крикнула:
– Я повелеваю тебе, Тяй: немедленно верни красивый наряд угрю!
Надел угорь свой наряд, да вот беда: вконец исхудал, вытянулся, стал он скользким, собственное платье висит на нем, словно чужое.
Тут все рыбы усомнились, правда ли, что это наряд угря. Заметила это карасиха и говорит:
– Посмотрите-ка, соседи, на лгуна угря! Кто поверит, что это его наряд? Послушай, угорь, может, ты одолжил кому-нибудь другому одежонку, да запамятовал?
Перебил карасиху дядюшка карп:
– Пусть рыба Тяй примерит этот наряд, посмотрим, как он в нем выглядит.
Примерил Тяй наряд – все по нему. Выходит, хоть и честен угорь, а доказать ничего не может. Жаль черепахе угря, да улик против рыбы Тяй никаких нет. Пришлось отпустить обманщика.
Так Тяй жену приобрел и тяжбу выиграл. Стал он угря речной змеей обзывать, жалкой тварью из темной норы величать.
Вернулся угорь в пещеру, не ест, не спит, все думу думает, как бы обидчику отомстить.
И вот однажды принесло течением к норке угря новенькую плетеную вершу с двумя входными воронками. Видит угорь: в ней рыба Тюои сидит, плавники и чешуя у нее ободраны.
Высунулся угорь, стал расспрашивать рыбу Тюои, а она и говорит:
– Увидела я эту вершу, любопытно мне стало, залезла, а вылезти не могу. Все плавники и чешую ободрала. Помоги мне выбраться из верши, добрый угорь.
Угорь юркий, скользкий, залезть в вершу и вылезти обратно ему ничего не стоит. Только вытащить оттуда рыбу Тюои он никак не может. Так она там и испустила дух.
Угорь схоронил ее косточки, а сам с вершей приплыл большой черепахе и говорит:
– Помоги мне отомстить рыбе Тяй.
Долго держали совет между собой угорь и большая черепаха. Наконец условились они на празднике устроить состязание: кто через вершу пролезет, быть тому вместо большой черепахи правителем всего края речных порогов Бё.
Настал праздник. Собрались у дома большой черепахи все обитатели реки – крабы, креветки, рыбы, вышла пpaвительница всего края речных порогов Бё и сказала:
– Стара я стала, дети мои. Хочу перед смертью отдохнуть немного. На сей раз правителем будут не дети мои внуки, а тот из вас, кто трижды войдет в эту вершу выйдет оттуда. Согласны ли вы с моим решением?
– Согласны, согласны! – закричал весь речной народВынесла большая черепаха вершу, поставила возле нее стражников – двух черепах, чтобы вершу течением не унесло. Столпился речной люд вокруг верши – шепчутся, вершу разглядывают.
Только желающих свое уменье показать не находится: очень уж страшны две острые пики в верше. Туда-то, пожалуй, влезть можно, коль головой сильно ударить. А вот как оттуда выбраться? |Увидела большая черепаха, что никто не решается, и спрашивает: |- Кто первым дерзнет пролезть через вершу? Кто самый ловкий? Кто самый смелый?
Стоят все молча, друг на друга смотрят. Вдруг из толш угорь протискивается:
– Дозвольте мне!
– Ну что ж, угорь, начинай, – говорит ему большая черепаха.
Угорь без разбега залез в вершу, сделал в ней круг, а потом легко наружу выбрался. Закричал тут речной народ, завопил. Видит рыба Тяй, как угорь легко из верши выбрался, испугался. Чего доброго, угорь и впрямь правителем всего края речных порогов Бё станет, – подумал Тяй. – Плохо тогда мне придется. Попытаю-ка я счастья, неужели угорь смелее меня? И вызвался Тяй уменье свое показать.
Разогнался он издалека, плывет, волны рассекает, оттолкнулся посильней- раз! – и в верше. Закричал речной люд, завопил. Тяй в верше сделал один круг, другой, третий. Только захотел он оттуда выбраться, да на острую пику напоролся. От боли голова пошла кругом. Сжал он губы, оттолкнулся – бах! Напоролся на другую пику!
Речной люд встревожился, тишина наступила, смотрят все друг на друга. Вдруг слышат: кто-то сзади хохочет. Оборачиваются: это угорь. Глаза у него сузились, смеется, остановиться не может. Говорит угорь сквозь смех:
– Друзья, этот Тяй, нарушивший законы дружбы, хотел уйти от кары. Но наказание его все-таки настигло! Так и останется он в верше дожидаться смерти.
Сказал так угорь и опять принялся хохотать. Чем он больше смеялся, тем уже становились его глаза. Понял Тяй, что перехитрил его угорь. Дернулся он опять, чтобы вырваться из западни, да только плавники и чешую ободрал. Заплакал тут обманщик Тяй.
Увидела карасиха, что муж плачет, и тоже заревела в голос. Так проплакали они целый день, стали глаза у них красные.
Пожалела большая черепаха Тяя, велела выпустить его из верши.
Но с тех пор у всех потомков Тяя и карасихи красные заплаканные глаза. А глаза угря навсегда остались узенькими, будто щелочки. Да что это я вам рассказываю, вы поди сами не раз этих рыб в нашей речке видели.

Сказка № 3287
Дата: 01.01.1970, 05:33
Жил в старину человек по прозвищу Карп. У него долго не было детей, и он усыновил мальчика-сироту. А позднее у Карпа самого родился сын.
К тому времени, как сыновья стали взрослыми, родители уже умерли. Приемный сын был хитрым и жадным. Мало-помалу он оттягал у младшего брата всю землю, доставшуюся им в наследство от отца. Родственники и соседи считали это делом семейным и не вмешивались. Но вот младшему брату стало совсем невмоготу, и он позвал старшего в суд.
– Ведь вы из одной семьи,– сказал им судья,– как же вам не совестно являться в суд со своими делами?
– Достойный господин,– ответил ему младший брат,– этого человека называют моим старшим братом, но на самом деле мы не родные с ним. Когда-то мой отец усыновил его, а теперь он лишил меня моей доли наследства. Но ведь если разобраться по справедливости, у меня как у родного сына прав больше! – Ничего подобного,– заявил приемный сын, когда настала его очередь давать показания,– именно я и есть родной сын. К тому же я старший, на мне лежит обязанность выполнять обряд почитания предков, а на это нужны деньги. Вполне справедливо, что я взял себе большую долю наследства.
Не зная, кто из них лжет, судья сказал, что объявит свое решение позднее, и велел обоим жалобщикам ожидать во дворе.
Некоторое время спустя он послал им блюдо с вареным рисом и две пары палочек.
Но палочки он нарочно перевернул. Когда братья начали есть, судья стал украдкой наблюдать за ними. Он увидел, что один из братьев аккуратно повернул палочки перед тем, как приняться за еду, а другой начал жадно уплетать рис, даже не потрудившись перевернуть их.
«Этот обжора, не умеющий есть по правилам, должно быть, и есть приемный сын»,– подумал судья. Но он не стал спешить, а решил подвергнуть их еще одному испытанию.
Когда наступил вечер, судья приказал подать братьям ужин. На подносе стояли две тарелки: на одной из них лежал хорошо зажаренный карп, на другой была мелкая, невзрачная рыбешка.
На этот раз судья увидел, что тот из братьев, в ком он заподозрил приемного сына, сразу же взялся за тарелку с карпом, а другой ел только со второй тарелки. Судья отметил это. Он тотчас послал стражника за братьями и принялся их допрашивать:
– Почему ты выбрал себе худшую рыбу? – спросил он у родного сына.
– Осмелюсь доложить, достойный господин,– ответил тот,– прозвище моего отца было Карп, и я никогда не смог бы притронуться к рыбе, носящей это название.
А приемный сын молчал, ему нечего было сказать. Видя, что его догадка подтвердилась, судья приказал стражнику пустить в ход палку. Только тогда старший брат сознался, что не он родной сын старого Карпа.

Перепубликация материалов данной коллекции-сказок.
Разрешается только с обязательным проставлением активной ссылки на первоисточник!
© 2015-2017